Обоснования, которые директор канцелярии Рийгикогу Антеро Хабихт предоставил журналисту Мадису Хиндре, на тему того, почему надо было уволить опытного советника экономической комиссии парламента, словно взяты из сатирического сериала "Да, господин министр".

Да и подписанный Хабихтом приказ об увольнении на пяти страницах был не лучше: чиновнице, проработавшей 32 года и уволенной за пять месяцев до выхода на пенсию, вменили в вину и нанесение ущерба репутации Рийгикогу, и создание бреши в госбюджете, и общение с прессой и так далее.

В чем Хабихт глубоко заблуждается, так это в том, что он возлагает единоличную ответственность за появление бракованного закона на одного чиновника. Чиновник не принимает законы. Законы принимает Рийгикогу. В данном случае 3 декабря прошлого года за бракованный закон проголосовал 51 депутат, чьи имена можно найти здесь.

Даже если чиновник допустил ошибку в своей работе, столь суровое наказание является непропорциональным. И особенно глупым с человеческой точки зрения, потому что чиновнице, проработавшей в Рийгикогу 32 года, до пенсии оставались считаные месяцы. Вместо благодарности ее с позором уволили. Я с ней не знаком, но политики на правах анонимности заявляют, что она заслуживала лишь похвал. Такого обращения она не заслужила.

Особенно Хабихта, видимо, возмутило то, что чиновница осмелилась дать комментарий журналисту. "Во-вторых, из опубликованной в СМИ статьи сложилось впечатление, что она переложила эту ошибку на других", – заявил директор канцелярии.

Но что же чиновница на самом деле сказала в материале Eesti Ekspress? "Закон – это не какое-нибудь стихотворение или газетная статья, когда нет ничего страшного в том, если какое-то слово окажется неверным. На подготовку и созревание закона требуется время. В противном случае ущерб может быть очень большим".

Извините, но это очень безобидный, отчасти даже остроумный комментарий. Он не направлен против какого-либо конкретного человека. Он никого не унижает. И уж тем более не наносит ущерба репутации Рийгикогу и канцелярии Рийгикогу.

Поэтому невозможно избавиться от ощущения, что Хабихт руководствовался какими-то иными мотивами.

Одно ясно: после произошедшего журналистам будет еще сложнее получать информацию непосредственно от чиновников. В последние годы это и так стало гораздо труднее. Зачем вообще что-то говорить, если за безобидный комментарий могут уволить?

Раньше частные СМИ присуждали титул врага прессы, который, к сожалению, иногда становился инструментом мелочной мести. Но нередко эту награду давали за дело. Если бы ее вручали сейчас, директор канцелярии Рийгикогу был бы таким же фаворитом на титул, как Йоханнес Клебо на зимних Олимпийских играх на какой угодно дистанции.

P.S. В одном директор канцелярии Рийгикогу все же прав. Когда его спросили, улучшило или ухудшило решение об увольнении чиновницы репутацию Рийгикогу, он ответил: "Пока идет публичная дискуссия, думаю, это скорее наносит ущерб репутации". Не скорее, а еще как!