Юлия Корнеева пригласила 32-летнего музыканта в студию Радио 4, чтобы поговорить о том, как Ollie справился с результатами конкурса, как долго работает над песнями и собирается ли он на "Евровидение" в следующем году. 
 
Оливер, в следующем году поедешь на "Евровидение" уже наконец-то? 
 
– Если честно, я был на 100% уверен, что в этом году я уж точно поеду на "Евровидение". Но сложилось так, как сложилось. Похоже, тут какие-то силы вступили в игру, которые я не могу контролировать. Надеюсь, что в следующем году получится, посмотрим. 
 
Лично для меня и для многих моих знакомых ты уже три раза съездил на "Евровидение", но посмотрим, что будет дальше. Так как ты впервые в гостях у Радио 4, то предлагаю начать с самого начала. Что в твоей жизни появилось раньше: гитара или стихи? 
 
– На самом деле стихи были раньше. Я уже в первом классе писал девочкам любовные стихи. Гитара появилась в моей жизни только, когда мне было лет 14.  
 
А сейчас в твоих песнях можно услышать те самые стихи, которые ты посвящал девочкам в школе? 
 
– Нет, тех стихотворений нет. Хотя, могло бы получиться очень смешно. Тогда такие неплохие детские песенки получились бы.  
 
Послушай, тогда бы и дети за тебя начали голосовать. Расширил бы свою аудиторию. А вообще, то, что я за тобой заметила, наблюдая в социальных сетях, слушая твои интервью, что ты неисправимый перфекционист. Как в таком случае у тебя вообще получается выпускать песни, ведь они никогда не будут идеальными? 
 
– О да, это так, я перфекционист. И идеально никогда не бывает, это точно. В какой-то момент нужно просто отпустить, сказать себе: "Всё, это уже достаточно хорошо!". Просто отпустить песню в свободный полет. Так сказать, выпускаешь птенца из гнезда и после этого песня начинает жить свою жизнь. А вот понравится она слушателям или нет, этого я уже не могу проконтролировать. Это всё выяснится позже.  
 
Как долго ты работаешь над своими песнями? Возьмем, к примеру, композицию "Slave", с которой ты в этом году выступал на конкурсе Eesti Laul. Я слышала, что она была готова уже прошлым летом. 
 
– Я скажу так, к тому моменту песня была почти готова. То есть получается, приблизительно полтора года я над ней работал. Как вообще выглядит рабочий процесс? Какое-то время я занимался этой песней, потом откладывал ее в сторону и занимался другим треком, третьим, четвертым, потом снова возвращался к песне "Slave". Потом опять надоедало, я занимался чем-то другим, а потом вновь дорабатывал этот трек. Так этот рабочий процесс и идет по кругу.  
 
Для многих остается загадкой, а как вообще выглядит работа в студии? Предположим, у тебя уже есть готовый текст и музыка, а что происходит дальше? Как ты работаешь над вокалом? Как долго нужно репетировать и пробовать, чтобы в конце концов понять, что вот это звучание – то, что мне нужно? 
 
– Это очень длительный процесс. Самое забавное, что самые лучшие решения и вещи происходят стремительно и случайно, когда ты этого совсем не ждешь. Просто случаются такие дни, ты находишься в правильном потоке энергии, всё получается и складывается наилучшим образом, так, как ты это и представлял. На самом деле 80% времени уходит на то, что ты пробуешь, у тебя не получается, снова пробуешь, опять провал и так до бесконечности. И вот неожиданно приходит тот день – раз, и у тебя всё получилось. Но для того, чтобы такой день настал, ты должен дать ему возможность наступить, то есть приходить на студию каждый день, каждый день пробовать, работать и только так. 

Да уж, достаточно длительный процесс. А что в целом касается работы музыканта: это больше дисциплина или же ты можешь позволить себе время на отдых, подождать, когда придет вдохновение?  
 
– И то, и другое. Как я уже и сказал, я так или иначе хожу в студию каждый день, работаю каждый день. Но я наслаждаюсь этим процессом, поэтому мне дисциплина даже не нужна, мне просто нравится это делать. Для меня это всё очень естественно. Если я по какой-то причине не прихожу в студию, то тут же начинаю сходить с ума. Так что в этом плане дисциплина мне не нужна. Хотя, с другой стороны, это, наверное, и есть дисциплина. Я каждый день достаточно долго работаю в студии, по 6-8 часов, иногда и по 10 часов, зависит ото дня. Бывают дни, когда мне просто не хочется идти в студию, тогда я этого и не делаю. Но если уж я прихожу, тогда обычно это на долго.  
 
Ты обычно один в студии или все-таки должен быть кто-то, кто послушает и скажет, что это круто? 
 
– По большей части один. Приблизительно 90% всех решений я принимаю самостоятельно. Но иногда я даю послушать песню своей девушке, своим друзьям, чтобы услышать их мнение. Например, когда мне нужно выбрать из двух вариантов. И тогда их помощь бесценна, когда ты сам не можешь определиться. Но окончательное решение всегда остается за мной.  
 
Твои песни очень классные, но большинство из них достаточно грустные и очевидно, все очень личные. Что для тебя твои песни – это возможность прожить какие-то эмоции и освободиться или это нечто большее? Ты же наверняка своими песнями хочешь вызвать эмоции и у своих слушателей. 
 
– Тут и то, и другое. С одной стороны, конечно, я хочу через свои песни прожить какие-то эмоции, вылить их на бумагу. Но при этом, мои песни могут помочь и другим людям, поддержать в сложный момент, когда они больше всего нуждаются в этом. И это, на мой взгляд, гораздо важнее всего остального. На самом деле по-настоящему тронули людей те песни, где я предельно открыт и честен. Когда я рассказываю о своем личном опыте, о том, что я пережил, люди этому верят. Ведь это действительно искренне. И, возможно, именно в этот момент они переживают то же самое. Тогда им моя песня помогает справиться со своими эмоциями, их это трогает и поддерживает. Это самая прекрасная часть во всём этом процессе. 
 
А значит ли это, что лучше всего стихи пишутся, когда в жизни происходит какая-то драма? 
 
– Нет. Скорее, это работает так. Когда в моей жизни действительно происходит что-то такое, я открываю в телефоне заметки и записываю все мысли туда. Просто сливаешь туда всё, что у тебя на душе и в голове, без каких-либо ограничений или фильтров, то есть и мат там может проскальзывать и всё, что угодно. Потом, спустя какое-то время, ты возвращаешься к этим заметкам и начинаешь их структурировать и организовывать, пока они не превратятся во что-то целостное. Так и рождаются песни, тут нельзя делать упор только на эмоции, если оставлять только чистые эмоции, то слушатель просто не сможет этого переварить. 
 
После финала конкурса Eesti Laul в этом году я долго думала о том, что сейчас чувствуешь ты, ведь это была уже твоя третья попытка поехать на "Евровидение". И каждый раз ты был очень близок к победе. Все твои поклонники рассчитывали на победу, но, с другой стороны, если бы не такой результат – третье место, то, возможно, поддержка этих людей осталась бы для тебя не такой заметной. Как тебя поддержали поклонники, много сообщений получил?  
 
– Да, поддержка со стороны поклонников сейчас просто какая-то невероятная. Тут начинает работать такая формула: "я и мои фанаты против всех". Образуется такая крепкая связь, они поддерживают меня, я поддерживаю их, и мы вместе идем против всего мира. По-моему, это очень круто. Мне действительно писали и продолжают писать очень-очень много, это просто сотни-сотни-сотни сообщений. Я честно пытаюсь ответить на все эти сообщения, поблагодарить лично каждого. Но вот уже прошло пару недель после окончания Eesti Laul, а поток писем не заканчивается.

Я не ожидал, что мое третье место именно так повлияет на людей, что они так проявят себя, откроются. Это очень меня мотивирует. Очевидно, что люди переживают, заботятся. Самая ужасная вещь для артиста – когда он делает что-то, а слушатели никак не реагируют. А в данном случае – реакция очень яркая, и для меня это значит очень много. Теперь на мне лежит большая ответственность, я пообещал, что в ближайшее время выпущу альбом, теперь не получится бросить на полпути. И вообще, мы же на самом деле не проиграли, я по-прежнему делаю музыку, мои поклонники остались со мной, они слушают мою музыку. А это самое главное. 
 
Мне кажется, что вся эта ситуация и этот опыт в любом случае дали тебе очень многое. Теперь тебе просто нельзя останавливаться, ты дал слово своим поклонникам продолжать творить. 
 
– Я на самом деле уже проделал очень большую работу и альбом почти готов. Остались только некоторые детали, которые нужно довести до конца. Те самые детали перфекциониста.  
 
Когда примерно планируешь выпустить альбом? 
 
– Я думаю, что где-то в середине апреля.  
 
Это значит, что стоит ожидать и твоего большого сольного концерта? 
 
– Да! 
 
Конечно, стоит ожидать и новых песен. Совсем недавно ты порадовал нас новой композицией -–"Bad Song". В этой песне слышится очень много ностальгии. Почему так? 
 
– Просто так вышло. Эту песню я на самом деле написал сразу после песни "Venom", получается, уже несколько лет назад. Я помню, это было весной. То есть выходит, что песня не такая уж и новая. Я думаю, это связано с тем, что в тот период я смотрел много фильмов по типу "Американский пирог", "Евротур", все эти классические американские комедии. И я тогда был на такой волне и написал песню в таком же стиле. Как я и говорил, такие вещи происходят всегда совершенно случайно. Так получилось и в этот раз.  
 
Ожидаемый вопрос, но всё-таки: а о чем эта песня? 
 
– Да, я ждал этого вопроса, но это так сложно объяснить, о чем эта песня. Когда я ее написал, то осознал, что она звучит как каждая вторая попсовая песня. Как будто это песня, которую я слышал уже тысячу раз. Такая стандартная песня о любви. И тогда я понял, что когда ты влюблен, то именно такие слова и рождаются в твоем сердце. Оттуда и эта строчка – You make me sound like a bad song, то есть, ты заставляешь меня звучать как плохая песня. Ты просто ничего не можешь изменить, слова именно такие – очень стандартные и попсовые, зато искренние и настоящие. Такая песня-клише о любви.

Тут не обошлось и без такого элемента, с которым каждый пару раз в жизни точно с этим сталкивался, когда ты смотришь со стороны на кого-то, кто целуется при всех, например, и у тебя возникает отторжение, мол, почему вы это при всех делаете. Но для этих двоих людей – это самый прекрасный момент в их жизни, они находятся в своем мире и им хорошо. А вот для окружающих это может выглядеть не очень. В общем, примерно об этом моя песня "Bad Song".