По словам Ойдсалу, траектория полета украинских дронов пролегла параллельно линии границ стран Балтии с Россией, поскольку это самый короткий путь от Украины до портов Усть-Луга и Приморск в Финском заливе, через которые идет перевалка подсанкционных нефтепродуктов из России.

"Выбор траекториии полета зависит и от наличия на их пути российских ПВО. В то же время такие происшествия – скорее исключение, и нет свидетельств того, что украинцы провели у наших границ слишком рискованную операцию", – пояснил Ойдсалу в интервью ERR.

Ойдсалу напомнил, что достаточно массированные волны дронов Украина запускала в этом направлении и раньше, но случаи залетов их беспилотников в Латвию и Литву были крайне редкими.

Проведенная в ночь на 24 марта атака украинских дронов нанесла российским портам серьезный урон, несмотря на противодействие российской ПВО в этом районе.

"Если до цели долетят даже 10–15% дронов, то и они могут нанести существенный урон. Такова реальность массированной атаки дронами, которая достаточно легко перегружает систему ПВО противника", – сказал Ойдсалу, отметив, что причины, по которым один из дронов резко изменил направление полета и врезался в трубу Аувереской электростанции, пока выясняют специалисты Полиции безопасности.

Пока же выдвигаются разные гипотезы.

"Одна – это наведение электронных помех, другая – кинетическая, то есть, могло быть физическое воздействие на дрон, либо перепрограммирование его маршрута, хотя, учитывая общую траекторию его полета, вряд ли в его память был заранее заложен неправильный маршрут", – сообщил он, добавив, что есть и еще одна версия, из области догадок и не относящаяся к нынешнему происшествию – что россияне во время подобных массовых дроновых атак в качестве провокации могут сами запустить в направлении Эстонии захваченный ими ранее украинский дрон. – Это будет уже классическая гибридная война, в которой легко отрицать любую преднамеренность".

Ойдсалу подверг сомнению высказанную командующим Силами обороны Андрусом Мерило оценку действиям эстонской ПВО, не ставшей сбивать влетевший в эстонское воздушное пространство беспилотник, потому что, по его словам, мы не можем вести огонь в мирное время в направлении России, рискуя непреднамеренной эскалацией.

"Скорее всего, наш радар ПВО даже не видел этот дрон и нашей ПВО там не было. Мы знали об атаке дронов, но я думаю, что на самом деле об этом дроне мы ничего не знали, пока он к нам не прилетел", – сказал Ойдсалу, отметив, что в целом система оповещения энергетиков и населения как во время атаки, так и после нее сработала уже лучше, чем во время тревоги с дронами в августе прошлого года.

Ойдсалу считает, что следует информировать общественность, не приукрашивая действительность: "И говорить честно, что в наших силах и что мы реально можем сделать".

Он считает, что в условиях гибридной войны не исключено попадание в Эстонию еще большего числа украинских дронов, которые могут и не быть запущены украинской стороной во время подобных атак.

Он не поддержал и другую версию о том, что Украина запускает свои дроны вдоль границ России со странами Балтии в расчете на то, что Россия побоится вести огонь по беспилотникам в сторону стран НАТО.

"Таких данных у меня нет. Да и ПВО России не расположены у наших границ, что логично. Повторю, траекторию полета дронов к целям определяет все же география, а не желание украинцев подвергнуть нас опасности. А поскольку цели в России расположены близко от нас, то такие ЧП неизбежны", – констатировал он.