Опытные эксперты по инвестициям Анне Суллинг и Эркки Раазуке проделали важную работу, опросив крупных иностранных инвесторов, которые прямо говорят, что масштабные решения, способные реально помочь Эстонии выбраться из энергетической бедности, не принимаются из-за отсутствия у государства четкого плана. Но поскольку за государственный план отвечает правительство, то в случае с "белками" можно быть уверенными лишь в одном: о вышеупомянутом плане и смелых решениях нам остается только мечтать.

Спад мировых экономических отношений и накладывающиеся друг на друга кризисы предполагают более значимую роль правительств в планировании экономического развития страны. Это подтверждают и предприниматели: "Нынешний энергетический план Эстонии не является инвестируемым с точки зрения международной практики и не дает инвесторам предсказуемости и уверенности". Международные игроки нам необходимы, поскольку - цитируя Суллинг и Раазуке - "инвестиции в крупные объекты энергетической инфраструктуры в Эстонии невозможны без участия иностранного капитала", а "государство должно занять активную позицию, а не роль стороннего наблюдателя, создав подходящие механизмы поддержки".

Таким образом, иностранные инвесторы повторили то, о чем долгое время говорили и эстонские предприниматели: без конкретного плана и инвестиций в энергетику Эстонии никаких значительных сдвигов не произойдет. При этом времени на принятие решений крайне мало.

Нужна смелость в принятии решений

К сожалению, правительству не хватает смелости в принятии решений. Необходимо произвести расчеты и заявить, из каких видов производства будет состоять энергетический портфель Эстонии. В какие годы мы хотим их запустить, в каком объеме и как будет происходить финансирование этих мощностей - как при строительстве, так и при эксплуатации.

Не нужно изобретать велосипед. План, который можно реализовать немедленно и который является экономически наиболее выгодным, может в значительной степени опираться на возобновляемую энергию, накопители, управляемые мощности в виде газовых станций и управление потреблением. Таким образом мы получим и самую низкую цену на электроэнергию - это уже смоделировали по заказу Эстонии соответствующие центры компетенций Швеции и Дании. Если добавить в план несколько энергоемких инвестиций, таких как центры обработки данных, то это помогло бы снизить сетевые платы для всех остальных потребителей.

Примером нерешительности служит тот факт, что на сегодняшний день у Utilitas (а к осени - и у Eesti Energia) уже есть все разрешения и планировки для начала строительства морских ветропарков. Правительство могло еще в прошлом году запросить у Еврокомиссии разрешение на госпомощь и разработать схему поддержки: тогда через четыре года у нас появились бы мощности, способные полностью покрыть объем прошлогоднего импорта электричества. Но пока наши власти медлят, Литва активно переманивает их в свои проекты.

Бесплатно новые производственные мощности не строятся. Различные виды энергии требуют финансового вклада налогоплательщика. Как ветряная и сланцевая, так и ядерная энергия.

Долгосрочные инвестиции исчисляются миллиардами евро. Стоимость строительства новой сланцевой электростанции оказалась бы в два-три раза выше, чем ветрогенераторов, в зависимости от расположения ветропарка. Стоимость атомной электростанции, в свою очередь, в два-три раза превышает затраты на сланцевое производство. Проблема же сланцевой и ядерной энергетики заключается в том, что последующая себестоимость производства выше, чем у энергии ветра или солнца.

В 2025 году солнечная и ветровая энергия, а также накопители составили 92 процента всех новых энергетических мощностей в Европе. Вопреки противоположной политике Дональда Трампа, тот же показатель в США достигает даже 93 процентов. Технологические гиганты строят ветропарки и аккумуляторные накопители для покрытия нужд центров обработки данных в электроэнергии, потому что это быстро и дешево. Правда, некоторые планируют в долгосрочной перспективе и атомные станции.

Правительство имитирует работу

Эстонские предприниматели, которые видят работу правительства вблизи, в частных беседах высказываются более прямолинейно, чем иностранцы: отсутствие смелости в принятии решений заставило правительство лишь имитировать решение энергетических вопросов Эстонии.

"В работе" находится все то, что в ближайшие пять лет не принесет новых энергетических мощностей. С одной стороны, это позволяет создать видимость деятельности, а с другой - помогает правительству избегать нападок со стороны Isamaa и центристов. На деле же новые мощности не появятся без конкретных государственных схем поддержки, но Партия реформ боится любых решений, требующих финансовых вложений со стороны налогоплательщиков.

Имитация деятельности проявляется, к примеру, в разработке гарантийных мер, которые, по мнению предпринимателей, бесполезны и не привлекут инвестиций. Тысячи рабочих часов тратятся на законодательную базу и планирование АЭС, хотя в ближайшее десятилетие это не даст энергии. Проекты ветропарков постоянно буксуют из-за общественного недовольства, и эту проблему не решить запланированными миллионными пособиями.

Отсутствие плана характеризует сообщение Elering о строительстве в Эстонии газовых станций общей мощностью 900 МВт для покрытия пиковых нагрузок. И это в ситуации, когда у Эстонии нет ни плана, ни схем финансирования для создания основных мощностей. Куда из этой схемы пропали аккумуляторные накопители? Вписывается ли газовая зависимость в таком масштабе в нашу картину безопасности, и если через пару лет придется закрыть сланцевые электростанции, то каков будет общий эффект?

Стоит отметить, что желание Isamaa и Центристской партии производить необходимое электричество из сланца не является альтернативой для инвесторов. Экономически невыгодные инвестиции для производства дорогой электроэнергии даже не рассматриваются, поэтому инвесторы о сланце и не говорят.

Конкурентоспособность эстонских предприятий на внешних рынках существенно зависит от цен на энергию. Чем дольше мы медлим с созданием мощностей, тем сильнее тормозим экономическое развитие. Более того, жизнь за счет импортного электричества напрямую выводит деньги из экономики Эстонии - например, в 2025 году всем нам был выписан счет почти на 300 миллионов евро.