Марие Синивеэ - 18-летняя журналистка, для которой жизнь - это приключение. Ей недостаточно маленькой, безопасной Эстонии. В феврале, всего за три дня до начала войны в Иране, она вернулась из трехнедельного путешествия по Ближнему Востоку, где передвигалась автостопом и часто ночевала в палатке.

"Сейчас в Эстонии очень приятно находиться, здесь очень безопасно и спокойно, и, конечно, по сравнению с тем, что испытали недавно эстонцы на Ближнем Востоке, мне очень комфортно…Я бы сейчас не хотела находиться в Южном Ливане и не собираюсь возвращаться туда в ближайшие месяцы, но я думаю, что те риски, на которые я пошла, и тот опыт, который я получила расширили мой кругозор, и в конечном итоге я счастлива, что побывала там" - поделилась Марие.

Маршрут Марие и ее попутчика из Дании Ханса через Турцию, Ливан, Сирию и Иорданию вплоть до границы с Израилем заставит позавидовать любого любителя приключенческого туризма. В то же время среди близких и коллег Марие находится немало тех, кто ее упрекает и критикует.

"Главный упрек в том, что мне 18 и я была в зоне конфликта - именно за это все цепляются изо всех сил. Но при этом мы должны понимать, что местные жители, которые там живут - там много молодых, способных людей, которые живут своей жизнью среди руин. И тогда как мы можем указывать на меня и спрашивать: "Как Марие осмелилась это сделать?" в то время как десятки тысяч молодых людей живут там точно так же?" - объяснила Марие.

В свою первую экстремальную поездку в 2025 году девушка отправилась, несмотря на возражения родителей. Документалист Вахур Лайапеа, неоднократно бывавший в горячих точках, не одобряет неоправданных рисков, на которые идет молодое поколение. Он сам в 2017 году в том же Афганистане попал в плен к талибам и не очень хочет вспоминать те два месяца своей жизни.

"Когда я сидел в машине, которую окружили вооружённые талибы и направили на меня свои автоматы и пистолеты, это даже невозможно заново пережить, потому что это был настолько страшный момент. Так что я думаю, что моё сознание и психика защитили меня от последующего воспоминания об этом. И я думаю, что определяющим здесь является то, что я не искал приключений - я был там по работе" - комментирует Лайапеа.

Вахур - внештатный документалист. На основе своего афганского опыта он выпустил три картины. Марие, которая работает журналисткой в Delfi, утверждает, что хочет путешествовать по Ближнему Востоку и писать о местной культуре прежде всего с целью развеять заблуждения, существующие в Эстонии по отношению к исламскому миру.

Второе по счету экстремальное путешествие Марие началось в феврале из Турции, откуда вместе с попутчиком они отправились на грузовом корабле в Ливан. Молодые люди хотели добраться до конечной точки - Сирии - без авиаперелета. По земле они передвигались в основном автостопом.

"Мы впервые встретились с "Хезболлой" в Ливане. Мы покинули христианские деревни в горах и добрались до Баальбека, после чего поехали автостопом дальше, и мы знали, что этот район довольно опасен. Навстречу выехал крупный внедорожник, за рулем был довольно дружелюбный мужчина. Я заметила, что на нем не было никакой военной формы - обычная одежда, а в машине было пять-шесть автоматов. Он сказал, что отвезет нас в город, и тогда мой спутник, как бы между прочим, спросил, даст ли он пострелять из автомата Калашникова. На мой взгляд, это было очень глупо, правда, но спрашивать никому не запрещено. Этот мужчина отвез нас в пустыню, дал попробовать оружие, а потом вернул нас обратно на дорогу, откуда мы продолжили автостопом. Это была наша первая встреча с "Хезболлой", - рассказала Марие.

Вторая встреча молодых людей с экстремистами была уже не такой веселой, как стрельба в пустыне. Это произошло в Бейруте, где их камеры вызвали подозрения, и европейцев отвезли в штаб "Хезболлы" на допрос.

"Тогда они действительно забрали наши паспорта, и я уже не могла ничего сделать. Это был первый раз, когда я подумала о том, что все мои коллеги и знакомые говорили: "Не едь в Ливан, эстонских велосипедистов тоже задержала "Хезболла", и с тобой тоже может случиться…" И тогда я всем говорила, что со мной такого не произойдет. А теперь я сижу точно так же в их штаб-квартире" - вспоминает Марие.

Здесь уместно вспомнить похищение эстонских велосипедистов в долине Бекаа в Ливане, поскольку в марте исполняется ровно 15 лет с момента потрясшую всю Эстонию драму с заложниками.

"Это были зрелые, взрослые мужчины, и они явно взяли на себя слишком большой риск. В итоге этот риск обошелся нам, налогоплательщикам, в сумму, точное число которой мы никогда не узнаем при своей жизни - и, вероятно, это была довольно большая сумма. И зачем ехать через такой кризисный район на велосипедах? Что это дает, кроме адреналина на несколько недель? Я не могу этого понять. Думаю, мужчины на таком уровне зрелости, если хотят рисковать, могли бы делать это в местах, где от этого была бы хоть какая-то польза людям", - сказал Лайапеа.

После семичасового допроса экстремистами Марие и ее датский спутник все же были отпущены живыми, и из Бейрута они продолжили путь в Сирию. Они исследовали столицу Дамаск, а также добрались до разрушенной и почти безлюдной Пальмиры.

Три недели путешествия обошлись Марие в 750 евро. Иногда они с попутчиком ночевали в гостинице, но чаще ставили палатку. Иногда, по необходимости, ночевали на автозаправке. Но закончилось путешествие Марие только на израильском пограничном пункте, когда она пыталась попасть в Палестину. Девушка хотела навестить там одну эстонку, которая живет на Западном берегу уже 13 лет, и у которой у Марие был план взять интервью. В Палестину ее, однако, не пустили, не говоря про Израиль.

"Решающим, видимо, стало то, что я журналистка, у меня в паспорте странные визы Сирии и Ливана, а также в том же паспорте была виза в Афганистан - словом, я выглядела подозрительно. В итоге мне запретили въезд, и на границе сказали, что я могу снять запрет, если пойду в суд и заплачу 500 шекелей или что-то в этом роде - словом, это все равно того не стоило" - говорит Марие.

Пока Марие остается дома и не хочет возвращаться в зону конфликта, а ее спутник и друг Ханс продолжает путешествовать по Ближнему Востоку самостоятельно.

"Он пишет каждый день, когда есть интернет. В пустыне Саудовской Аравии, возможно, кто-то раз в день дает ему доступ к точке Wi-Fi, и тогда он сообщает, как у него дела, и я могу пожелать ему удачи. Вот и всё! Больше ничего не остается" - подытожила Марие.