– Вы провели телефонный разговор с министром обороны США Питом Хегсетом, который сообщил, что поставки боеприпасов Эстонии поставлены на паузу.

– То, что США поставили все поставки боеприпасов на паузу, нам было известно и до этого разговора. Скорее, наш вопрос и дискуссия с Питом Хегсетом касались того, какими могли бы быть будущие перспективы для восстановления поставок боеприпасов, и если эти поставки будут поставлены на паузу на длительный период, то какими могли бы быть альтернативные возможности для повышения обороноспособности с помощью продукции Соединенных Штатов.

– Поставки каких именно боеприпасов поставлены на паузу?

– Касающаяся нас часть в основном связана с боеприпасами для HIMARS и Javelin. Но с противотанковыми боеприпасами больших проблем нет, у нас они имеются в достаточных количествах. В случае с HIMARS это скорее зависит от того, как долго поставки будут на паузе. От этого зависит и то, какими будут наши дальнейшие решения.

– Сколько боеприпасов поставлено на паузу?

– Как известно, мы никогда не раскрываем точные цифры – какой именно объем боеприпасов должен поступить в тот или иной год. Мы оперируем общими данными. Стоимость этих поставок исчисляется десятками миллионов евро.

Мы принимаем решения оперативно, по ситуации. На данный момент мы исходим из того, что поставки приостановлены до завершения войны в Иране. Если она затянется, нам определенно придется пересмотреть свои планы. Однако сейчас мы рассчитываем на то, что с окончанием конфликта в Иране возобновится и снабжение боеприпасами.

– Когда эти боеприпасы должны были прибыть в Эстонию?

– У этих боеприпасов разные графики поставок – в этом году, в следующем году. У нас заключены длительные контракты, и в соответствии с ними эти поставки и происходят. Для каждого вида боеприпасов свой срок поставки.

– С точки зрения стоимости, я правильно понимаю, что речь идет о десятках миллионов евро, а не о сотнях?

– Сильно в детали вдаваться не хотелось бы. Да, в этом году сумма не доходит до сотен миллионов, объемы этого года исчислялись десятками миллионов.

– Как на безопасности Эстонии скажется то, что поставки боеприпасов теперь поставлены на паузу?

– На данный момент напрямую особо не влияет, у нас есть альтернативы и также есть договоренности с союзниками. Но, как я уже сказал, если эти поставки останутся на паузе в долгосрочной перспективе, то у нас определенно возникнет необходимость пересмотреть свои решения.

– Что мы будем делать теперь, когда США приостановили поставки, каков дальнейший план?

– Как я уже сказал, первый вопрос заключается в том, как долго продлится конфликт в Иране. Если конфликт в Иране закончится быстро – а Соединенные Штаты определенно не заинтересованы в том, чтобы он длился долго, – тогда больших дополнительных действий не потребуется. Если этот конфликт затянется, то мы уже сейчас изучаем мировой рынок в поиске альтернатив. Сегодня мы обсуждали различные варианты укрепления обороноспособности, в том числе за счет других видов американского вооружения. Эти решения мы примем тогда, когда картина того, что будет с конфликтом в Иране, станет более-менее ясной.

– Насколько может затянуться доставка этих боеприпасов в Эстонию – речь идет о неделях, месяцах или еще более долгом сроке?

– Спекулировать особого смысла нет. Пауза определенно затянется не на недели, а скорее на месяцы. Насколько именно – сказать трудно. Если у кого-то на столе был бы хрустальный шар, способный предсказать, когда закончатся военные действия между Ираном, США и Израилем, то мы были бы точнее в прогнозах. Но, насколько мне известно, такого шара ни у кого нет.

Поэтому в наших интересах – международная дипломатическая деятельность, направленная на то, чтобы эта война закончилась как можно быстрее. И дело не только в стабилизации рынка нефти и цен на топливо, но и в том, чтобы как можно быстрее возобновились поставки вооружения в Эстонию.

– Когда вы обсуждали с министром обороны США войну на Ближнем Востоке, говорил ли Пит Хегсет о том, чего конкретно он ждет от Эстонии?

– Мы обсуждали и то, как Европа могла бы поддержать Соединенные Штаты, но что и как именно – это вопрос военного уровня. В детали мы особо не углублялись, но да, мы обсуждали это и договорились, что это вопрос сотрудничества военных представителей и военного уровня двух стран.

– Теперь можно точно сказать, что Эстония конкретно намерена как-то помогать Соединенным Штатам в войне на Ближнем Востоке?

– Нет, это не окончательно, и никаких конкретных решений еще не принято – ни о том, можем ли мы оказать поддержку, ни о том, как именно это могло бы выглядет, например, в вопросе открытия Ормузского пролива.

Как я уже сказал, наши возможности в рамках двустороннего сотрудничества сейчас обсуждаются прежде всего на военном уровне. Мы согласовали план дальнейшего взаимодействия, и когда конкретные предложения будут сформулированы, их можно будет обсуждать дальше. Но на данный момент деталей, которые можно было бы озвучить, нет.

– Кто конкретно должен подготовить предложения о том, как Эстония может помочь США на Ближнем Востоке, в какие сроки это будет сделано и за кем останется последнее слово?

– Как я уже отметил, это вопрос военного уровня, и мы обсуждаем его в двустороннем формате. Разумеется, если это потребует более широкого обсуждения или решения правительства или парламента, то эти решения будут приняты. На данный момент временные рамки я вам назвать не могу.

– Если поставки боеприпасов на десятки миллионов евро задерживаются, означает ли это, что, например, дефицит госбюджета Эстонии в следующем году станет меньше, раз боеприпасы из США не получены?

– Нет, на данный момент это не затрагивает бюджет. Наши поставки вооружения и боеприпасов спланированы с учетом того, что одни партии могут задерживаться, а другие – поступить раньше срока. Мы управляем этими процессами в текущем режиме, поэтому сейчас никаких бюджетных корректировок не требуется.

Во втором полугодии мы подведем промежуточные итоги и тогда сможем оценить влияние задержек на бюджеты этого и следующего годов. Однако на текущий момент мы не планируем вносить в бюджет какие-либо изменения.