На этой неделе долгое время работавший на руководящих должностях в концерне Eesti Energia, а ныне действующий в частном секторе Андрес Вайнола сказал, что цель достичь стопроцентной возобновляемой энергии является утопической, выход на рынок большого объема ветряных электростанций не приведет к снижению цен на электроэнергию, и Эстонии необходимо больше управляемых производственных мощностей и систем аккумулирования энергии.

Сутт в интервью ERR сообщил, что в последние годы Эстония импортировала треть потребляемой электроэнергии.

"Чтобы больше производить самим, нам нужны доступные по цене производственные мощности, и самый быстрый и дешевый способ этого добиться в условиях, когда солнечной энергии у нас уже достаточно, – это ветропарки", – сказал министр, добавив, что параллельно с этим необходимы управляемые мощности, поскольку старые сланцевые котлы нужно заменить новыми и надежными станциями, и для этих целей уже заказаны первые газовые станции и ведется подготовка к следующим тендерам.

По словам министра, не соответствует действительности утверждение, что если погода ветреная, то она такая же и в соседних странах, из-за чего электричество продается очень дешево, а при отсутствии ветра его приходится покупать по высокой цене.

Сутт отметил, что ветровые условия часто различаются, и, например, в момент, когда он отвечал на вопросы ERR, в Северной Швеции ветряки были задействованы более чем на 50%, в Финляндии – на примерно 20%, а в Литве – менее чем на 10%.

Критика Вайнолы касалась и бездействия эстонских политиков. Он заявил, что сланцевая энергетика был обложена налогами до смерти и Эстония не воспользовалась возможностью выторговать себе в ЕС исключения, как это сделали Польша и Германия.

Вайнола пояснил, что благодаря такому исключению в этих странах производители не обязаны покупать квоты на выбросы CO₂ – за них это делает государство, что позволяет производителям конкурировать на рынке. В ответ на это в Enefit заявили, что такое утверждение беспочвенно: Польша и Германия не получили такого исключения, хотя Польша действительно оказывает поддержку промышленным предприятиям.

Сутт также отметил, что подобных исключений, о которых говорит Вайнола, в Польше и Германии нет. Кроме того, по словам министра, такие заявления со стороны бывшего представителя энергетического сектора создают вводящее в заблуждение впечатление, будто государство может каким-то образом оплачивать углеродные единицы.

"Такой возможности нет, поскольку это противоречило бы правилам оказания государственной помощи. Единственное исключение, предусмотренное директивой [системы торговли выбросами] ETS, касалось не стоимости электроэнергии или ее компенсации, а было направлено на модернизацию энергосистемы. Это так называемая статья 10c. Поэтому использование этого примера как аргумента для снижения цен по сути ошибочно", – указал Сутт.

По его словам, чтобы воспользоваться этим исключением, государству пришлось бы отказаться от части продаваемых на аукционе квот на выбросы CO₂ в пользу производителей энергии, при этом сами производители должны были бы направить сэкономленные средства на инвестиции в более чистое производство.

"О таком исключении можно было просить до 2019 года. Польша была одной из стран, ходатайствовавших о таком исключении", – добавил Сутт.

Вайнола также предложил рассмотреть возможность прокладки защищенного от повреждения якорями морского кабеля к шведской атомной электростанции, что, по его мнению, было бы дешевле строительства ядерного реактора в Эстонии.

В ответ на такое предложение Сутт отметил, что внешние соединения важны, однако скорее увеличивают, а не уменьшают зависимость от импорта.

"Как мы неоднократно подчеркивали, нам нужно развивать местные мощности, а не полагаться на внешние соединения – как с точки зрения энергетической безопасности, так и экономики", – сказал он.