Канцлер права Юлле Мадизе сочла, что нарушение банковской тайны в каких-либо иных целях, кроме расследования преступления, возможно лишь при наличии соответствующего конкретного положения в законе.

Решение, вынесенное на прошлой неделе Таллиннским административным судом, подтвердило позицию банка LHV, согласно которой правовое поле Эстонии сейчас не позволяет Бюро данных по отмыванию денег (RAB) запрашивать у банков выписки со счетов клиентов. Ведомство намерено обжаловать это решение в суде более высокой инстанции.

Член правления банка SEB Айнар Леппянен сообщил ERR, что до вступления в силу судебного решения и внесения соответствующих изменений в законодательство SEB не будет пересматривать свою практику.

"Мы внимательно следим за изменениями в правовой среде, в том числе за уточнением правовых оснований для запросов [банковской информации] через регистр исполнительного производства в рамках законопроекта, который сейчас рассматривается", - добавил Леппянен.

По словам руководителя Swedbank Олави Леппа, правовая ясность и четкие правовые рамки в ситуациях, когда государственные органы запрашивают у банков данные о клиентах, очень важны.

По его словам, Swedbank также будет следить за дальнейшим развитием этого дела, включая возможные обжалования и законодательные шаги.

"На данный момент мы не планируем вносить изменения в нашу практику. Мы действуем в соответствии с действующим законодательством и руководствуемся в своей деятельности как обязательством по защите данных клиентов, так и требованиями, вытекающими из закона", - сказал Лепп.

Менеджер по коммуникациям Luminor Анжела Блумквист сказала, что любой шаг, повышающий правовую ясность в вопросе банковской тайны, безусловно, приветствуется.

"Соблюдение банковской тайны для нас чрезвычайно важно, и мы выполняем все требования, вытекающие из законодательства. Мы будем следить за идущим судопроизводством и изменениями в законодательстве и, при необходимости, уточним наши процессы", - сказала Блумквист.

В начале сентября прошлого года Министерство финансов подготовило поправки к закону, чтобы ограничить и уточнить права Налогового департамента и Бюро данных по отмыванию денег на доступ к банковской тайне через регистр исполнительного производства.

Канцлер права Юлле Мадизе осенью раскритиковала этот законопроект, отметив, что для обеспечения его конституционности необходимо значительно доработать его содержание. Во вторник Мадизе заявила, что защита банковской тайны в настоящее время еще более важна, чем раньше.

"Если [официальные] учреждения получат доступ к информации обо всех сделках физических лиц и предприятий без четкого обоснования и внешнего контроля, например, смогут загружать [данные обо] всех доходах и расходах за последние пять лет в свою базу данных, это даст довольно точное представление о привычках, отношениях, передвижениях человека; раскроет коммерческую тайну и многое другое", - сказал канцлер права.

Мадизе отметила, что Конституция не позволяет никому нарушать банковскую тайну, кроме ситуации, когда в законе есть конкретное положение о том, какая организация и с какой целью имеет доступ к этой информации и как предотвратить злоупотребления.

"Для расследования преступлений, конечно, такой доступ должен быть, и он есть. Нарушение банковской тайны для целей, отличных от расследования преступлений, требует отдельного конкретного положения закона, принятого Рийгикогу, и, возможно, также проверки на соответствие Конституции в Государственном суде. Наступление общества слежки делает Эстонию слабее, а не сильнее", - подчеркнула канцлер права.

После осенней критики Министерство финансов разработало план решения проблемы: в законопроекте прописали правовое основание, по которому налоговый орган может запрашивать информацию.

Однако канцлер права по-прежнему считает, что законопроект не соответствует Конституции. Она сослалась на свою оценку, высказанную осенью, что в законопроекте следует точно определить, при каких условиях и в каком объеме различные ведомства могут получать банковские данные, что они могут с ними делать, как долго хранить их и должны ли информировать о запросе банковской тайны лицо, доступ к банковской тайне которого получило государство, и в какие сроки это делать. Кроме того, следует установить четкие правила последующей проверки запросов.