Законопроект о внесении изменений в Закон о пресечении отмывания денег и финансирования терроризма, а также в Закон о международных санкциях касается того, как, с какой целью и какие персональные данные может обрабатывать Бюро данных по отмыванию денег (RAB).

Прошлым летом законопроект вызвал нарекания со стороны канцлера права Юлле Мадизе, и президент отказался его провозглашать. После этого Министерство финансов внесло в текст ряд изменений. В числе прочего министерство совместно с RAB представило предложение о том, чтобы по прошествии определенного времени в системе отслеживания данных можно было видеть запросы RAB по банковским счетам.

Вице-канцлер Министерства финансов по финансовой и налоговой политике Эвелин Лийвамяги сообщила ERR, что цель поправки, с одной стороны, – гарантировать выполнение RAB своих законных функций и избежать ситуаций, когда уведомление лица могло бы нанести ущерб борьбе с отмыванием денег и финансированием терроризма.

"С другой стороны, важно обеспечить человеку право узнать позже о том, что его данные собирались через регистр исполнительного производства. Поэтому в закон вносится дополнение: RAB уведомляет человека о сделанном через регистр запросе по прошествии пяти лет, если раскрытие данных больше не угрожает возможным уголовным производствам", – добавила Лийвамяги.

На практике, по ее словам, это означает, что уведомление возможно в случае, если данные больше не используются и не могут быть использованы в уголовных делах в Эстонии или за рубежом, а их раскрытие не нарушает права и свободы третьих лиц.

В то же время не исключено, что человек может обратиться в RAB с запросом о предоставлении информации и до истечения пятилетнего срока – например, в случае, если в ходе уголовного производства ему станет известно о том, что его данные подверглись обработке.

"В такой ситуации RAB каждый раз будет оценивать индивидуально, возможно ли выдать информацию раньше. Если необходимость в ограничении доступа отпала, данные могут быть предоставлены человеку и до истечения общего срока", – пояснила вице-канцлер.

Также Министерство финансов предложило сократить срок хранения логов обработки данных с 15 до 10 лет с момента внесения записи. Кроме того, добавляется положение о том, что регулярный надзор за законностью работы RAB будет осуществлять Инспекция по защите данных.

Некоторые организации по-прежнему недовольны

Несмотря на изменения, ряд организаций по-прежнему не удовлетворены законопроектом. Например, Торгово-промышленная палата считает, что проект недостаточно проработан, и не поддерживает его принятие в нынешнем виде.

По словам главы палаты Майта Пальтса, внесенные в законопроект изменения существенно не влияют на масштаб ограничений, планируемых для основной деятельности Бюро по борьбе с отмыванием денег. Это означает, что на практике у RAB может сохраниться столь же широкое поле для маневра при ограничении прав граждан.

Также Пальтс обратил внимание на то, что используемые RAB профилирование и интеллектуальный анализ данных, вероятно, квалифицируются как системы искусственного интеллекта высокого риска. Это влечет за собой отдельные обязательства, такие как проведение оценки воздействия и обеспечение прозрачности, однако оценка воздействия до сих пор не составлена.

Союз лизинговых компаний упрекнул Министерство финансов в том, что отзывы заинтересованных сторон до сих пор практически не учитывались. Исполнительный директор союза Реэт Хяэль отметила, что эстонское право не допускает ведения превентивного производства, к которому, несомненно, относится возбуждение дел на основе профилирования.

Учитывая правовой статус RAB, по словам Хяэль, есть основания рассмотреть, в каких случаях обработка данных начинает напоминать оперативно-розыскную деятельность, которая разрешена только следственным органам.

Председатель правления эстонской палаты Web3 Райдо Саар заявил, что если государство создаст технический интерфейс для быстрого и централизованного доступа к данным банковских счетов граждан, это хоть и поможет пресечению отмывания денег, но также станет идеальным инструментом для преступников, вымогателей и враждебных спецслужб.

Саар отметил, что проблемой Эстонии сейчас является не массовое отмывание денег, а массовое кибермошенничество, и при этом отсутствует весомый общественный интерес для наделения RAB "суперспособностями". Поэтому сомнительно, имеет ли право эстонское государство строить систему, которая, с одной стороны, глубоко ущемляет основные права, а с другой – создает центральную и крайне привлекательную мишень для атак.

Если же такой доступ вообще будет существовать, то, по словам Саара, у него должны быть очень четкие "тормоза" и прозрачный внешний надзор.

Лаури: многие критики не знакомы с содержанием законопроекта

Во вторник законопроект снова обсуждала финансовая комиссия Рийгикогу. Ее член Марис Лаури (Партия реформ) сообщила ERR, что комиссия выслушала мнения заинтересованных сторон по поводу поправок, однако как они, так и прозвучавшие в публичном пространстве высказывания во многом не соответствуют сути поправок, а в некоторых случаях – даже содержанию самого законопроекта. По ее словам, многие упреки критиков вырваны из контекста.

"Этот законопроект не касается получения банковских выписок. База данных, являющаяся важной частью проекта, также не будет содержать выписки со счетов, – подчеркнула Лаури. – То, что сейчас представляется публике – абсолютная ложь. Все материалы доступны на странице производства, и если кто-то утверждает, что вычитал там нечто иное, то у меня возникает вопрос: либо они не ознакомились с документами, либо это злонамеренное отношение".

По словам Лаури, в ряде критических выступлений были перепутаны разные законопроекты: один находится на рассмотрении, а второй еще только готовится в Министерстве финансов. Она отметила, что обсуждаемый проект, по сути, призван закрепить на уровне закона порядок обработки данных, которые уже сейчас находятся в распоряжении RAB, чтобы эти процессы регулировались не постановлением, а законом.

Лаури заверила, что по каждому пункту проверяется его необходимость, и из законопроекта были исключены все пункты, целесообразность которых вызывала сомнения.

Относительно безопасности базы данных Лаури сообщила, что финансовая комиссия ознакомилась с тем, как в RAB организована защита данных и доступ к ним. По ее словам, визит в RAB, а также встреча с представителями ИТ-центра Министерства финансов показали, что все киберриски в значительной степени минимизированы. Меры безопасности и внутреннего контроля в RAB очень строгие и многоуровневые, что исключает возможность того, что кто-то сможет "рыться" в данных.

"Уровень безопасности этих систем сопоставим с банковским, они определенно равноценны, – заявила Лаури. – Утверждать, что база данных легкодоступна — значит либо намеренно лгать, либо проявлять некомпетентность".

По словам члена финансовой комиссии, они также детально проанализировали критику в адрес законопроекта со стороны канцлера права. Лаури отметила, что в конечном итоге на ситуацию можно смотреть и так, как говорили Юлле Мадизе и ряд правоведов: некоторые вопросы необходимо оспорить в Государственном суде. Она добавила, что все замечания Мадизе были учтены в меру возможностей, и время покажет, по каким пунктам возникнут разногласия.

"Мне кажется, что их осталось совсем немного, но нельзя исключать наличие определенных расхождений. Возможно, это как раз те моменты, которые нужно прояснить в ходе дискуссии, – сказала Лаури. – Если кто-то называет это неконституционным, это еще не значит, что такого же мнения придерживаются все наши ведущие судьи. Нам как раз и нужно спорить о том, пропорционально ли вмешательство в права, возникающее при тех или иных действиях".

Теперь Министерство финансов рассмотрит предложения сторон и определит, требуют ли доработки отдельные нюансы законопроекта. После этого финансовая комиссия снова обсудит документ и, по словам Лаури, постарается действовать максимально быстро. Она отметила, что рассмотрение проекта затянулось именно из-за большого количества дискуссий.

Другой законопроект, касающийся банковской тайны – о внесении изменений в Закон о кредитных учреждениях, – находится в стадии подготовки в Министерстве финансов. По словам Эвелин Лийвамяги, выход законопроекта на этап согласования намечен на апрель.