Я полностью согласен с правоведом Карри Гинтером в том, что Конституция Эстонии основана на свободах и что мы, как народ, не соглашались перейти от общества, основанного на свободе, к обществу слежки. Я не хочу жить в обществе слежки. Но я не думаю, что нам угрожает нечто подобное.

Приведет ли использование современных технологических решений, таких как дроны, в сфере контроля за дорожным движением к появлению общества слежки? Нет, если действия полиции являются законными и известны всем. Именно это Министерство внутренних дел готово открыто обсуждать. Полиция внесла соответствующее предложение, но ни один дрон не поднимется в воздух для контроля за дорожным движением до тех пор, пока в законодательство не будет внесена окончательная ясность, и, при необходимости, не будут изменены законы с согласия и под руководством парламента.

Очень хорошо, что полицейские мыслят нестандартно о том, как лучше выполнять свою работу. Я не считаю, что мы должны использовать полицию мыслей, чтобы заставить их замолчать. Идеи существуют для того, чтобы их обсуждать, отделять зерна от плевел и приходить к оптимальному решению. Дебаты и дискуссии важны в правовом государстве.

Я могу однозначно сказать Гинтеру и всем остальным: договоренность об использовании дронов не будет заключена полицией самостоятельно, и она не родится исключительно в кабинетах Министерства внутренних дел. Поддержку здесь оказывает мысль председателя правовой комиссии Рийгикогу Мадиса Тимпсона, что если камеры и дроны необратимо вошли в нашу жизнь, то нам нужна общественная дискуссия о том, хотим ли мы такого вторжения в нашу частную жизнь, и если да, то как. То есть будем ли мы использовать дроны для контроля за дорожным движением, почему и как мы могли бы это делать?

Для меня в этой дискуссии важно одно простое понимание. А именно, наша Конституция четко и ясно гласит, что эстонское государство основано на свободе, справедливости и праве и защищает внутренний и внешний мир. Свобода, справедливость, право, внутренний мир... Я считаю, что государство обязано защищать все это. В том числе свободу и внутренний мир. Это означает, что мы защищаем свободы граждан, не вторгаемся произвольно в их жизнь, но, с другой стороны, мы осознаем свою обязанность обеспечивать общественный порядок и внутреннюю безопасность.

Если кто-то считает, что контроль дорожного движения - это мелочь, которая не оправдывает использование камер или дронов, давайте проведем простой мысленный эксперимент.

Представим на мгновение, что государство, то есть полиция, вообще прекращает контроль за дорожным движением, который ведь в основном опирается на технологии. Мы останавливаем патрульные машины с приборами измерения скорости. Мы отключаем стационарные и мобильные камеры контроля скорости. Мы больше не контролируем соблюдение разрешенной скорости движения. Мы также не проводим рейды "Дуют все". Как вам такое?

Мне это кажется страшным, безответственным, невыполнимым.

В заключение несколько слов для Пааво, чью фамилию СМИ нам не сообщили. Речь идет о мужчине, который проехал на красный свет светофора на перекрестке в Тарту и считает, что если полицейский зафиксировал его нарушение с помощью камеры, установленной на крыше "Фляжки" (Эмайыэского бизнес-центра - ред.), то это означает, что наступило полицейское государство.

Перефразируя классиков: если это полицейское государство, то я бы хотел жить в таком полицейском государстве, где водитель, проехавший на красный свет светофора, сразу же встречается с полицейским, который, используя законные средства, выписывает ему штраф. Благодаря этому испугу кто-то в будущем может остаться в живых или спокойно дойти пешком до дома, а не оказаться в больнице.