При переходе на эстонский язык обучения в русскоязычные школы пошли работать люди, которые хотели внести свой вклад из чувства миссии. Однако им не хватало знаний для работы с русскоязычными детьми, и многие из них отказались от этой работы, сказала ERR координатор перехода на эстоноязычное обучение Таллиннского департамента образования Аурика Меймре.

"В школы пришло много людей, решивших сменить карьеру, у которых нет педагогического образования, а если и есть, то им не хватает знаний методики интегрированного предметно-языкового обучения. А если и есть какое-то представление об этом, то использование его в изменившихся условиях кажется им сложным. Обучение иноязычного ребенка на эстонском языке – это совсем не то же самое, что обучение детей на их родном языке. Нужно знать приемы и хитрости, и здесь университеты могли бы и должны прийти на помощь школам, осуществляющим переход", – пояснила Меймре.

Интегрированное предметно-языковое обучение (LAK-обучение) – это универсальный метод обучения языку, в ходе которого язык и предмет изучаются одновременно. Одной из его форм является языковое погружение, которым в Эстонии системно занимаются с 2000 года. Помимо школ с русским языком обучения, этот метод применялся, например, в Таллиннском английском колледже и Таллиннской немецкой гимназии.

С переходом на эстоноязычное образование важность LAK-обучения возросла, теперь им должны владеть все учителя, работающие в школах перехода. Однако методам языкового обучения в университетах обучали только тех, кто учится на преподавателей языка, классных руководителей, а в некоторых случаях – на воспитателей детских садов. Хотя подготовка к переходу на эстоноязычное образование началась четыре года назад, до сих пор методы языкового обучения не были включены в программу подготовки других учителей-предметников.

Вместо изменения университетских учебных программ – дополнительное обучение

Государство поначалу сделало упор на курсы повышения квалификации. Министерство образования финансирует по всей Эстонии 17 центров методики LAK-обучения, чтобы чтобы поддерживать тех, кто обучает детей, чей родной язык – не эстонский. С университетами государство начало общаться на эту тему прошлой осенью, сообщила руководитель отдела перехода на эстоноязычное обучение министерства Хельна Кару.

"Министерство образования и науки начало переговоры с университетами, чтобы предложить методику LAK-обучения во всех учебных программах педагогического образования. Если университеты начнут менять свои учебные программы, то это очень длительный процесс, требующий долгих переговоров. В данный момент начался новый период административных договоров, поэтому мы надеемся договориться с университетами по поводу LAK-обучения", – сказала Кару.

Возникает вопрос, почему Министерство образования не обратилось в университеты сразу, когда планировалась реформа образования.

"Поскольку методика LAK всегда преподавалась в качестве дополнительного обучения, а изменение учебных программ вузов – это очень-очень долгий процесс, не всегда целесообразно делать это. С точки зрения университетов, важны все методики преподавания, студентам нужно дать обзор всех, а потом учитель в классе сам может выбрать, какая из них наиболее подходит", – пояснила Кару.

По мнению Меймре, в начале реформы не было готовности предложить большему числу учителей знания о LAK-обучении.

"Не зря учителя и руководители школ сразу говорили, что не хватает учебных пособий, ведь помимо методики необходимы и соответствующие учебные материалы. Пришлось в срочном порядке заполнять эту пустоту. Поэтому в Таллинне был открыт методический центр, который, вероятно, еще лет десять должен будет заниматься распространением методик LAK-обучения и других подобных советов, потому что, к сожалению, в школу сейчас во многом приходят люди, которые не владеют методикой", – отметила Меймре.

Если учитель не знает, что делать с учеником, плохо понимающим эстонский язык, одной из главных проблем становится перевод. Но этим он оказывает ребенку "медвежью услугу", сказала Меймре.

"Ребенок понимает, что так ведь намного проще, и даже не начинает стараться. Те родители, которые, как им кажется, помогают ребенку, переводя задания в рабочих тетрадях, например, на русский язык, опять же демотивируют своего ребенка, показывая, что можно справиться легче", – пояснила она.

Особенно остро, по ее словам, нехватка знаний учителей ощущается при адаптации учебных материалов, из-за чего подготовка к урокам занимает в несколько раз больше времени, чем при обучении детей с эстонским родным языком.

"Если учитель и получил какие-то хитрости от коллег, то ему ведь нужно адаптироваться к классу, к очень разному уровню детей. Те, кто работает второй год, испытали на себе, что прошлогодние материалы могут и не помочь, потому что дети другие, и снова нужно начинать сначала", – отметила Меймре.

Разная ситуация в Тартуском и Таллиннском университетах

В подготовке учителей в Тартуском университете ознакомление с методиками обучения языку зависело от учебной программы. Для унификации подготовки с осени запускается новый базовый модуль, который пройдут все будущие учителя. Поводом для обновления стал изменившийся профессиональный стандарт, а не необходимость государства, но, среди прочего, туда добавляются предметы, где учат обращать внимание на языковое развитие учеников.

"Мы стараемся с самого начала формировать у студентов такие установки, что каждый учитель, независимо от предмета, является также поддерживающим языковое развитие и в определенной мере преподавателем языка, особенно для тех детей, у которых родной язык не является эстонским", – пояснила руководитель учебной работы Института педагогических наук Тартуского университета Мерле Таймалу.

По словам Таймалу, интерес студентов к LAK-обучению зависит от того, был ли у них самих прямой опыт обучения иноязычных детей. На дневном отделении университета таких студентов, вероятно, меньше, на сессионном – больше, так как туда приходят уже работающие учителя.

В Таллиннском университете ситуация сложнее. По словам профессора эстонского языка Рейли Аргус, учебные программы автономны, и решения об их изменении принимают преподаватели каждой специальности. Однако она также считает, что студенты должны гораздо больше знать о методике LAK-обучения.

"Многое зависит от того, насколько руководители этих учебных программ смогут осознать, что на самом деле каждый учитель в будущем является также преподавателем языка и должен заниматься этими вопросами. Похоже, нам не удалось донести это в достаточной мере, чтобы подчеркнуть эту необходимость", – сказала Аргус.

Аргус отметила, что изучать методы LAK-обучения можно в качестве предметов по выбору, но это предполагает, что студент сам захочет выбрать этот предмет. При этом будущий учитель может не задумываться о том, что в будущем у него в классе будут иноязычные дети.

"У нас до сих пор сохраняется такое отношение, что каждый учитель обучает своему предмету и больше ничего, но ясно, что с таким отношением продолжать нельзя. Все учителя сейчас должны осознавать, что у них есть своя роль в языковом обучении: даже учитель физкультуры и учитель рисования – на самом деле учителя языка. Языку, по моему мнению, уделяется слишком мало внимания в подготовке учителей", – говорила Аргус.

Как в Тарту, так и в Таллинне считают, что обучение методам языкового обучения можно было бы предлагать в учебных программах чаще, но важных предметов, необходимых учителям, очень много, а учебные программы не резиновые.

"Сначала в учебный план ставят профильные предметы, потом – предметы, связанные с преподаванием, и зачастую больше просто не помещается. Все время добавляются темы, про которые говорят, что это нужно. Нам надо готовить учителей для учеников с особыми потребностями, нужно дать знания о том, как справляться с проблемами психического здоровья, цифровую грамотность и все остальное. Учебные программы заполнены", – сказала Аргус.

Мерле Таймалу отметила результаты последнего международного исследования TALIS, которые показали, что в 2024 году учителя чувствовали себя наименее подготовленными к работе в многоязычном классе.

В Нарве предлагают больше индивидуальной поддержки

В Ида-Вирумаа прилагают усилия, чтобы приехавшие из других мест Эстонии эстоноязычные учителя не бросали работу, рассказала директор по учебной части Нарвского колледжа Тартуского университета Пирет Кяртнер. Помимо недостаточных знаний LAK-обучения, одна из трудностей – преимущественно русскоязычная среда.

"Даже в Нарвской эстонской гимназии ученики в основном из смешанных семей с родным русским языком. В основных школах в классах все ученики и все учителя – русскоязычные. Школам очень сложно найти учителей, и если они находят такого эстоноязычного учителя, то его очень сложно удержать", – сказала Кяртнер.

Именно поэтому Нарвский колледж, который в основном готовит учителей языка, обновил учебные программы и больше думал о том, чтобы человек, придя работать в школу, там и остался. Кяртнер видит одним из важных ключей индивидуальную поддержку.

"Мы, например, планируем в августе провести такое обучение, чтобы у тех учителей, которые придут в сентябре преподавать в Ида-Вирумаа, к 1 сентября были готовы планы уроков до 1 октября. Чтобы он понял, что значит подготовка учебных материалов, как объяснять предмет, управлять классом, общаться с родителями", – пояснила Кяртнер.

Нарвский колледж в конце апреля открывает методический центр для поддержки учителей-предметников по темам LAK-обучения. По словам Пирет Кяртнер, там фокус будет скорее на персональном подходе.

"В большинстве случаев, если учитель работает на полную нагрузку и у него нет соответствующей подготовки, то он проводит оставшиеся вечерние часы, подготавливая уроки на следующий день или следующую неделю. Мы видим, что, возможно, учителям на самом деле нужно не столько массовое обучение, сколько очень практическая помощь", – описала Кяртнер.

Это может включать совместную подготовку уроков, а также упрощение текстов, что является одной из самых важных вещей. По словам Кяртнер, учебники часто написаны очень тяжелым языком, так что даже детям с эстонским родным языком трудно их понять. И здесь на помощь приходят методы LAK-обучения: сокращение предложений, использование синонимов, картинок и т.д. Кяртнер добавляет сюда и перевод.

"Если объяснение чего-либо могло бы быть проще на родном языке учеников, то этот родной язык нужно использовать. Потому что родной язык – это точно такой же инструмент обучения, как картинка, видео, перефразирование или использование синонима", – объяснила она, добавив, что в Ида-Вирумаа нужно учитывать и то, что в классе все ученики говорят на русском как на родном языке.

По словам чиновника Министерства образования Хельны Кару, сейчас ситуация в области обучения методам языкового обучения вовсе не катастрофическая. Это подтверждают и выступившие ранее представители университетов, отмечая, что государство сделало очень много для поддержки учителей школ перехода. Кроме того, велик интерес к обучению.